СЭНСЭЙ JIN NYODO
 Короткая история о великом игроке Сякухати

Эта статья была найдена на сайте http://www.japanshakuhachi.com/jinnyodo.html и переведена с личного разрешения хозяина сайта. Я начинал моё изучение пьес хонкёку с репертуара записи Ниодо и считаю, что он внёс неоценимый вклад в сохранение традиции сякухати.

От Дэвида Сойера, переводчика и хозяина упомянутого выше сайта:
Много информации, содержащейся в этой краткой статье, было взято из биографической статьи о Jin Nyodo из книги "Koten Honkyoku no Shåutaisei-sha Jin Nyodô no shakuhachi" Ed. Kamisangô Yûkô 1980. Имеющиеся японские слова были романизированы с некоторой степенью свободы в отношении правильной длины и произношения гласных и т.п. Некоторые названия Котэн Хонкёку не являются само-очевидными для непрофессионального переводчика и могут быть переведены по-другому (более правильно) по сравнению с тем, что написано тут. Я оставил романизацию в привычном виде для облегчения чтения. Эта статья предполагает наличие базовых знаний об истории сякухати [..у читателя...]. Я не имел намерение добавить, интерпретировать или приписать значимость какому-либо из японских источников, которые я использовал. Эта статья предназначена для того, чтобы другие энтузиасты сякухати получили удовольствие от истории о великом игроке.
 

Детство в Aomori

Jin Nyodo родился 10-мая Meiji 24 (1892 г.) в префектуре Aomori район Tsugaru в Северной Японии. Город Хиросаки был старинным городом-замком, где мальчики с детства могли слышать звуки сякухати, доносящиеся из старых домов самураев. Jin Nyodo начал играть на сякухати примерно в 14 лет.

Его отец был самураем феодального поместья Tsugaru. Поместье Tsugaru было родиной Котэн Хонкёку школы Фукэ Nezasaha, появившейся в этом районе 300 лет до этого. Музыка сякухати и её изучение считались важной составной частью тренировки самурая. Сам Господин [..хозяин поместья..] играл на сякухати и рекомендовал всем своим подчинённым делать то же самое. Обучение было жёстким, и из этой школы вышло много хороших игроков.

В году Meiji 35 (1903) в Nezasaha было много великолепных мастеров-игроков. Первым учителем Джина был Sasamori Tatetoshi. В те дни обучение сякухати не было профессией. Мастерами-игроками были старые самураи. Не было никаких нот. Обучение довольно часто проводилось холодными ночами. Было всего 10 пьес, которые играли в пяти различных ключах на одной флейте: Hon-Choshi, Akebono Choshi, Kumoi-Choshi, Yugure-Choshi, Taikyoku Choshi. Репертуар играли обычно на флейте 2.0, но иногда встречались флейты другой длины.

 

Переезд в Токио

Юношей Джин услышал, что в Токио игроки сякухати играли с кото и сямисеном, что явилось открытием для него.Он начал играть гайкёку (ансамблевую музыку) и на момент окончания школы он играл по памяти 60-70 пьес, от Kurokami до Yaegoromo.

Он окончил школу в году Meiji 43 (1911) и поехал в Токио, посещая различных знаменитых сэнсэев. Он чувствовал себя подавленным, играя с прекрасно поставленными голосами токийских струнных мастеров. Он понял, что ему нужно, и правда, лучше понимать кото и сямисен, как инструменты, и он сам начал изучать кото и сямисен. Он попросил сэнсэя Shima (мужа и жену) переехать жить к нему, и он занимался с ними три года. Среди жанров, которые он изучил, были nagauta и hauta shamisen, а также классический ансамблевый репертуар.

К году Meiji 45 (1913) в возрасте 22 года Джин преподавал сякухати вместо сэнсэя Kawase Junsuke, который в тот момент был занят написанием нот и не уделял много времени преподаванию. Он (Джин) так преподавал в течение года. После этого он посетил много знаменитых мастеров по всей Японии, приобретая уверенность в себе, как в ансамблевом игроке. Он также в этот период записал ноты 280-ти пьес гайкёку, но они все сгорели при пожаре во время землетрясения в Канто год Taisho 1 (1924). До этого года печатание нот сякухати не было хорошо развито, и было очень важно, чтобы игроки сякухати могли записывать струнные пьесы со слуха, для того, чтобы добавить их в свой репертуар и стать хорошими учителями. Когда он (Джин) преподавал с использованием нот Кавасэ Chikuyusha, он часто делал на нотах массу пометок, особенно в части kaede, его продвнутые ученики делали это ещё больше. Как исполнитель, он существенно варьировал своё исполнение в зависимости от того, с кем он играл, а также, вероятно, из-за того, что он играл по памяти.

 

Отношение с Миура Киндо

В Токио Джин встретился с большим количеством хонкёку, и он делал заметки о стилях Миура Киндо, Араки Кодо и Кавасэ Дзюнсукэ. В конце концов, он решил изучать Кинко-рю хонкёку с Миура Киндо. Дважды в неделю в течение 12-ти лет он изучал 36 пьес Кинко хонкёку, а также другие пьесы. Миура Киндо дал ему чётко понять, что пьесы Кинко хонкёку изменили свою сущность из-за того, что на них повлияла гайкёку, и они утратили свой "вкус Дзэн". Джин был вдохновлён принести Дзэн обратно в Кинко хонкёку. Имя ‘Nyodo’, идеализированное имя Кинко, ему дал Киндо-сэнсэй, но другими иероглифами, по сравнению с его более поздним именем ‘Nyodo’.

Ноты хонкёку Миура Киндо (Showa 3, 4, 1929-30) явились результатом сотрудничества Киндо и Ниодо. Киндо ценил Nyodo, и Nyodo появлялся на концертах Kindo-kai почти каждый раз, и публикации Kindo-kai часто упоминали Jin Nyodo, как исполнителя. На тех выступлениях игралась преимущественно гайкёку. Начиная с Showa 3, 4, он начал играть больше хонкёку на своих выступлениях. Он начал использовать имя Nyodo. С того момента и далее он ясно показал, что будет фокусироваться на передаче хонкёку, хотя он также продолжал обучать гайкёку.

За время своей жизни он не опубликовал никаких нот потому, что он ценил прямую передачу от учителя к ученику. В соответствии с современными данными, он давал рукописные ноты своим ученикам. После войны он начал использовать копии, но он редко давал ноты тем, кто не был его учеником.

Существовала ежемесячное издание hogaku под названием "Sankyoku". Начиная с Showa 1, Jin Nyodo часто видели в этом издании с рекламой его плодотворной концертной деятельности. Он ездил в поездки до двух месяцев за один раз, устраивая концерты и занятия и посещая и играя в святых местах и храмах. Также он добровольно помогал или играл музыку тем, кто в этом нуждался, включая тюрьмы и больницы. Он хотел обеспечить комфорт музыкой сякухати.

 

Начало исследования хонкёку

Обучение Jin Nyodo продемонстрировало стилистические различия между хонкёку из разных школ и регионов, и он заинтересовался историей музыки хонкёку. Считая исторические источники слабыми и ненадёжными, он решил провести своё собственное исследование.

Nyodo понимал, что много пьес хонкёку, звучащих в то время, удалились от Дхармы и были переделаны и подправлены различными авторами и учителями. Он хотел изучать хонкёку у самого корня каждой школы у знающего мастера. В возрасте 24 года он, как игрок сякухати, стремился к более широкому знанию.

Величина задачи была огромна, т.к. старые мастера хонкёку Фукэ умирали довольно быстро. Эти старые игроки играли хонкёку всю свою жизнь, и поэтому их не затронуло (не испортило) влияние гайкёку или западных стилей игры.

Nyodo был не женат, и его родители поддержали его исследование. Это было устрашающим мероприятием. Влияние ансамблевой музыки было на своей вершине подъёма. Старые игроки хонкёку были также недоверчивы к "иностранным" игрокам сякухати, пришедшим из других провинций. Никто из старых игроков не использовал ноты, и каждая пьеса должна была быть запомнена до того, как её можно было записать. Очевидно, Jin Nyodo был очень талантлив в быстром изучении и записи пьес.

 

Сбор и обучение

Jin Nyodo не был первым игроком-коллекционером: Kurosawa Kinko (35 пьес) и Higuchi Taizan (33 пьесы) были более ранними коллекционерами. Однако, они переняли из других школ намного меньше, и коллекция Nyodo (более 150-ти пьес) была необычной своим размером и точностью передачи оригинальных пьес из храмов. Takahashi Kouzan, вероятно, собрал больше пьес, но они, очевидно, не были записаны. Другие коллекционеры имели тенденцию систематизировать и модифицировать пьесы. Джин старался этого не делать. Он хотел передать каждую пьесу как можно ближе к тому, чему его научили. Его сын Nyosei говорит, что его отец не менял пьесы по-своему. Он даже пытался сохранить технику подачи воздуха, характерную для каждой пьесы. Он хотел избежать объединения различных стилей под одной крышей. Конечно, устная передача приведёт к некоторым изменениям на Пути, и метод игры Nyodo стал частью общей картины. Jin Nyodo не разделял принятого мнения, что хонкёку исходит от одной отдельно взятой личности. Он верил, что рост (развитие) человека в хонкёку должно быть позитивно принято, в зависимости от степени и метода и при условии, что человек прошёл необходимое полноценное обучение.

Jin Nyodo  понимал, что хонкёку - это Дхарма. Однако, любая человеческая деятельность переплетена с искусством. Из хонкёку нельзя вырезать компонент искусства, оставив безыскуссную практику. Таким образом, каждый должен решить, играть хонкёку в виде "низкого" или "высокого" искусства. Он (Джин) верил в самое высокое проявление искусства в котэн хонкёку.

Изучая Takiochi, Джин поехал к водопаду Asahi taki  в Izu, где эта пьеса была создана. За Коку он поехал на гору Asama и в храм Коку. Ради Tsuru no Sugomori он поехал в Kagoshima и Hokkaido для изучения жизни журавлей. Для Shika no Tone он остановился на горе Kasuga в Nara. За Киорэем он поехал в Китай, где, предположительно, он был создан 1200 лет до этого. Путешествие Джина прошло по всему Китаю, Монголии и Тайваню, по концертным залам, храмам, святым местам и Конфуцианским храмам.

Джин создал новые произведения в стиле котэн хонкёку. В течение многих лет, с начала периода Meiji, пьесы котэн хонкёку сохранялись небольшой группой игроков-энтузиастов, но новые произведения не создавались. Считалось, что вся ценность заключалась в сохранении старых пьес и сущности суй-дзэн секты Фукэ. О создании новых пьес даже не думали. В секте Фукэ утверждали, что суй-дзэн (дующая медитация) и суй-дэн (дующая передача) были более важными, чем здания храмов, буддистские образы или догмы, и были определённые музыкальные ограничения, за которые игрокам не следовало заходить.

Jin Nyodo создал Mujushin kyoku и Daiwagaku. Сольные произведения сякухати преимущественно создавались под влиянием западной музыки. Эти пьесы Jin Nyodo базировал на понятиях котэн хонкёку. Он использовал слово seikyoku (рождённые пьесы), а не sakkyoku (сочинённые пьесы), чтобы сохранить религиозный дух своих собственных пьес хонкёку.

Джин был плодотворным учителем, и он обучал по всей Японии. Его стремление передать разнообразие пьес хонкёку из различных источников было необычным для того времени и охотно принималось теми, кто у него учился. Его свобода учить так широко вероятно связана с тем, что свою сякухатную жизнь он начал с малого количества пьес Nezasaha, а также был частью Кинко-рю. Если бы он принадлежал к одному из сообществ, сохраняющих Дзэн секты Фукэ, у него не было бы возможности для такой активности и разнообразия. Ему также повезло с тем, что его семья поддержала его финансово. Ему не пришлось обучать или выступать ради денег. Он любил путешествовать и имел хорошее здоровье для такой активности. Его также поддерживали многочисленные высокопоставленные и богатые друзья. В его время было очень мало перехода игроков из одного жанра в другой. Jin Nyodo был очень необычным своей активностью, видным и успешным в большинстве жанров сякухати того времени.

 

7- и 9-дырочные сякухати

Jin Nyodo также исследовал и экспериментировал с многодырочными сякухати. Он использовал 7-дырочные сякухати во время своих концертных выступлений. Он также публиковал свой опыт игры на 7- и 9-дырочных сякухати в журнале "Sankyoku", включая новые аппликатуры. Он определил, что для игры хонкёку предпочтительнее 5-дырочные сякухати, а для игры санкёку и новых пьес, написанных в западном стиле, он предпочитал 7- и 9-дырочные флейты.

 

Коллекции пьес из храмов

Jin Nyodo перечислил 153 пьесы хонкёку. В зависимости от того, как их классифицировать, могло быть до 200 пьес. Лучше упоминать пьесы по принадлежности к храму, а не к школе, чтобы правильно классифицировать традиционные техники игры.

Далее следует список пьес хонкёку из храмов, собранные Nyodo. Подчёркнуто различие между собственными пьесами храма, ответвлениями и заимствоваными из других храмов.

Nezasaha, также называемый kinpo-ryû. Город Hirosaki, префектура Aomori.

Futai-ken, префектура Miyagi-ken, Город Masuda cho

Shõgan-ken (Shõ-an ken) Hanamaki in Oshu...север страны. Префектура Aomori

Renpo-ken, префектура Fukushima, Kisen-ken Soma (Aomori)

Myôan-ji Echijo Shimoda, Префектура Niigata

Kokûtai-ji в Etchu

Ikkan-ryû, Tokyo

Kinko-ryû

36 пьес плюс Tsuki no Kyoku

Fudaiji Hamamatsu (названный Myôan-ryû после Meiji)

Ryûgenji в Izu

Myôanji в Kyoto (также называемый shinpo-ryû или Myôan-ryû)

Itchokken (также называемый Meian-ryû) в Hakata, Kyushu

Rinsei-ken

Fuzoku-ken

 

Названия традиций хонкёку

Jin Nyodo следовал принципу названий стилей или традиций по имени храма. Возьмём, к примеру, Мёан-рю или Мёан хонкёку. Одни говорили, что "Мёан" обозначает все классические пьесы хонкёку, не принадлежащие Кинко-рю. Другие говорили, что Мёан-рю обозначает тех людей, которые играют пьесы Мёан из Киото. Третьи утверждали, что Мёан-рю относится к традиции Мёан-ха, имея в виду Myôan Kyokai. Четвёртые говорили, что только традиция Higuchi Taizan является Мёан-рю. Классические хонкёку Kyushu можно также назвать Мёан-рю.

Котэн хонкёку можно в общем назвать Мёан-рю со множеством подкатегорий. Вплоть до середины периода Tokugawa мир сякухати не имел никаких имён традиций. Во время Эдо Куросава Кинко увеличил количество своих учеников, а некоторые ученики Miachi Ikkan, который преподносил себя более лучшим игроком, чем Кинко, начали называть себя Ikkan-ryu для отличия от Кинко. Естественно, ученики Кинко начали называть себя Кинко-рю. Скорее всего, это и было началом возникновения имён традиций в мире сякухати.

По мере увеличения влияния традиции Кинко-рю (частично вследствие их расположения в столице, Эдо), её отпечаток распространился в провинции. Другие группы также стали называть свои традиции разными именами. Некоторые игроки в Киото начали называть себя Мёан-рю, чтобы отличаться от Кинко. Таким образом, имя Мёан-рю возникло для того, чтобы отличить другие хонкёку от Кинко.

Когда небольшая коллекция пьес передавалась или передвигалась географически каким-то учителем, названия традиций иногда менялись или они вливались в состав других традиций, или их пере-аранжировывали, затирая связи с оригинальным храмом. Jin Nyodo из уважения к истокам котэн пьес, решил, что удобнее всего будет называть пьесы по имени оригинального храма, чтобы сохранить исток.

У храмов Фукэ имелись великолепные традиции и стили искусства, но они не были названы именами. Например, Shõgan-ken, Futai-ken, Moyoan-ji, Kokûtai-ji, Kisen-ken, Renpo-ken, Iccho-ken. Исторические данные отличаются, но выглядит так, как будто было более 60-ти храмов Фукэ в Японии до конца периода Эдо и, возможно, даже вплоть до 90.

 

Взгляд на музыку Jin Nyodo: свободный перевод его собственных записей

 Geifu - это стиль искусства или техника дутья. Если разбить на категории так много пьес котэн хонкёку, то будет 3 вида: спокойствие (sei), движение (Do), пустое дутьё (Kyosui).

Далее мы можем разделить на подкатегории: kyosui, kusabibuki, komibuki, sasabuki, susumibuki, sokoyuri, koteyuri (небольшое покачивание рук), karadayuri (полное вибрато), kankyu yuri (быстрое и медленное вибрато), kyukan yuri (скоростное и медленное), shõ dai yuri (маленькое и большое вибрато), dai shõ yuri (большое и маленькое вибрато), kyo jaku yuri (сильное и мягкое вибрато), jakkyõ yuri (мягкое и сильное вибрато). Yuri-age (вибрато и подъём), kari-age, yuri-sage, suri-age, suri-sage, fuki-kiri (дуновение и обрыв), fuki-nuke (дуновение и соскальзывание), tobi-kiri (прыжёк и обрыв), meri-komi, otõshi (падение капель.. капЕль?), meri-otoshi, atari, oshiiro (толкание звука), sugi-iro (переходящий, продолжающий звук?), tsutsune (цилиндрический, ровный ? звук), tamane, tabane, koro ne, kara oto or kara ne, gion (симулирование звуков, более 35 видов), muraiki. (DS note: Я не пытаюсь тут дать какое-либо чёткое объяснение этой техники).

Имеет ли смысл изучать все эти техники? Даже одна техника из одной традиции может стать работой на всю жизнь. Если мы изучаем столько много традиций и пьес, кто-то может сказать, что это невозможно и что усилия бессмысленны. Это точка зрения - результат недостатка информации. Пьесы хонкёку - благословение с небес... почему мы не можем ими свободно наслаждаться? Люди могут создать искусство. Например, мы все едим приготовленную пищу, но обучение приготовлению пищи помогает приобрести опыт в еде.

Учителям нужно знать много разных пьес. Но если игра на сякухати для вас является хобби, вам не нужно играть так много пьес. Если вы удовлетворены от одной пьесы, то это прекрасно, играйте только одну пьесу. Если вы получаете удовольствие от трёх пьес, играйте только три пьесы. Если вам нравится ИНЬ пьеса, играйте только ИНЬ. То же самое в отношение ЯН. Если вам нравятся только пьесы киосуи, играйте только их. Сделайте свой собственный выбор. Однако, даже для тех нескольких пьес вам нужен хороший учитель.

 

Kobo (Правило подъёма и падения)

 Все пьесы котэн хонкёку имеют важные микро-модификации. Если пьеса не хорошая, она не будет передаваться долгое время. В этом смысле музыка всегда жива. Хорошие классические пьесы стары, но они всегда новые. Уделяйте внимание ежедневному обновлению и растите свои котэн хонкёку. Если вы упустите уход, по правилу подъёма и падения пьесы изменят своё качество и утратят свою ценность.

Человеческая жизнь коротка, а жизнь искусства - длинна. Искусство обновляется ежедневно. Если вы играете без обучения, просто копируя, то это не творчество. Есть даже люди, которые играют хонкёку совершенно не стройно, называя это "Дзэн" и "не-искусство". Они совсем не смущаются от этого. Да, я согласен, что хонкёку - это часть Дзэн, но даже Дзэн не может быть свободен от этой Вселенной и мира людей. Вселенная и мир людей - это одно огромное произведение искусства. Более того, пение Shõmyõ и прочие техники, используемые в Дзэн сектах вместе с соответствующей атрибутикой, являются очень артистичными. Я не думаю, что можно утверждать, что суйдзэн и большинство Дзэн традиций должны быть неартистичными. Хотя я понимаю, что не стоит попадать в ловушки нерелигиозного искусства. Войдя в искусство хонкёку, можно выйти за его пределы.

 

Пьеса Jibun (моя пьеса)

 Сегодня я слышу, как хонкёку называют "моя пьеса"... пьеса для себя. Музыка для себя. Эта идея стала доминирующей до такой степени, что успешные игроки играют пьесы так, как хотят. Но если так играют люди, не понимающие Вселенную, Мир и Путь искусства, то это очень эгоистично. Это невежественное, эгоистичное дутьё. Мне жаль, что события повернулись таким образом. Искусство имеет форму самовыражения, но иногда игроки неверно следуют этим путём, не получив достаточного обучения в этом искусстве. Таким образом, очень важно много заниматься с хорошим учителем и обучиться под присмотром. После этого вы получите ценные технические навыки. Избегайте самодостаточности, лени или гордыни. Следуйте установленному уставу. Этот путь искусства очень созидателен и вечен.

 

Geido (Путь искусства)

 Секрет в Пути искусства лежит в ваби и саби. Это как видеть всю жизнь в единственном стебле цветка, как игрок, вы вкладываете всю жизненную силу в звук единственной ноты, и это выходит за пределы жизни и смерти. Это верно для любой восточной философии и искусства. Иногда это называют kyo или mu. При помощи осязаемого вы участвуете в неосязаемом. При помощи видимого вы входите в невидимое. Это глубокая и высокая правда, трудно воспринимаемая неподготовленными людьми. Котэн хонкёку в практике сякухати - это пример крайности в этом. Так что когда вы живёте в уединённом мире котэн хонкёку, в котором нет ничего, тогда ваша жизнь не имеет границ. Как Basho, Rikyû, Saigyõ, вы живёте в Jakubaku (одиночестве).

"Осенний вечер. По этому пути никто не идёт
У подножья горы зимой,
Есть ли кто-то ещё, выносящий это одиночество?"

В противоположность западной культуре, которая аналитически пытается выразить высоту человеческого духа (экстраверты), восточная культура ищет небесный мир на этой спрятанной, невидимой арене ваби и саби. "Ива зелёная, цветы красные". Это суть творения. "У утки ноги короткие, у журавля ноги длинные". Мы хотим развивать ценности восточной культуры и познать удобства западной культуры. Всё опять сводится к единству.

 

Отрывок Мечты (написано в возрасте 61)

Вот, я изучил прекрасные техники в различных местах и набрался опыта в suizen, chibuki (детская игра) и kyoso (соревнование в игре). Я испытал мимолётную природу Мира и заботы людей, но после осмысливания я чувствую неполноту.

"Я знаю, что мир - всего лишь блекнущая мечта,
Но я не удивлён этим в моём сознании.
Творение должно быть этой несвершившейся мечтой.
Я хочу жить тихо и одиноко в этом мире несвершившейся мечты,
Подпитываемый Матерью-Землёй.
Люди выглядят занятыми,
И я думаю, что моя Хонкиёку -
Это всего лишь одинокая мечта."

 

Последние годы

В свои последние годы жизни (Showa 37, 1963) Jin Nyodo приехал в США на 3 месяца.

В год Showa 39 (1965) у него случилось что-то, похожее на инсульт. Он почти поправился, но это случилось снова в Showa 40, и он остался в постели. Он больше не выезжал из Ichijo-an, но продолжал учить студентов, оставаясь в постели. В Showa 41 (1966) зима была очень холодной. Джин заболел воспалением лёгких и умер 18 января в возрасте 76 лет. Его похоронили в Arakawa, Tokyo, на кладбище храма Jizo-ji.